neov_levashov

Categories:

Парад в Москве показал — кто у властей РФ вероятностный противник: это граждане России.

Террор против собственного народа в порабощенной стране:  победное шествие преступной власти.Парад цинизма: как день скорби  превратили в праздник. Путин продолжает манипулировать памятью о войне,  превратив День Победы в карнавал с георгиевскими ленточками. В РФ уже  мало кто помнит, что того как 9 мая сделали инструментом государственной  пропаганды, эта дата имела совершенно другой смысл. До 1965 года День  Победы в СССР отмечали лишь поздравлениями в газетах и редкими салютами.

Бронемашины  Росгвардии на Красной площади вовсе не для защиты страны от внешнего  врага, а для «разгона несанкционированных митингов и различного рода  акций хулиганствующей толпы».

«Чем мы  можем компенсировать нашу неопытность? Только террором. У нас нет  времени выискивать активных наших врагов. Мы вынуждены встать на путь  уничтожения, уничтожения физического, всех классов, всех групп  населения, из которых могут выйти возможные враги нашей власти…" Троцкий  Л.

В путинской России апофеозом сегодняшнего парада по праву  можно считать не принимающего парад Шойгу (он ни дня не служил в армии) с  маршальскими звездами на погонах, не выступление Путина, даже не  надувные «Арматы», а марширующие менты, ФСБшники, прокуроры и прочие  «столпы» режима.

И здесь больше всего высоких гостей на трибунах  наверняка «порадовали» бравые росгвардейцы на новейших бронированных  автомашинах Урал, а голос комментатора, представлявшего их просто звенел  от возбуждения. А мы не можем не заметить, что в отличие от  баллистических ракет – эти машины, которыми оснащают путинскую  Нацгвардию остатки уцелевшей от результатов деятельности «эффективных  менеджеров» промышленности, предназначены не для защиты страны от  внешнего врага, а для разгона митингов оппозиции.

Поэтому  наличие бойцов Росгвардии на бронированных автозаках — более чем  прозрачный намек на то, кто является вероятностным противником  путинского режима: граждане России, для которых, в случае чего есть  «сюрпризы» и посерьезнее: включая боевую бронетехнику, артиллерию и  боевую авиацию (да, совершенно верно, в состав «Росгвардии» входит аж 4  авиаполка). А если не хватит сил «Росгвардии», то против  взбунтовавшегося населения будут брошены и армейские части. И это отнюдь  не фигура речи: еще в 2015 году на юге России в ходе совместных военных  учений отрабатывался подавление антиправительственных выступлений при  помощи танков и боевой авиации. Руководящий «маневрами» генерал Шаманов,  тогда без обиняков заявил, что цель учений подготовка к «сценарию  Майдана» в России. Вот и сегодня нам всем дали четко понять – и не  думайте «рыпаться».

Надеюсь понятно, что на сегодняшнем военном  параде власти РФ четко обозначили — кто является для них вероятностным  противником — это народ России. И мы все тоже хорошо это поняли.
https://rusmonitor.com/parad-moskve-pokazal-kto-u-vlastejj-rf-veroyatnostnyjj-protivnik-ehto-grazhdane-rossii.html

Сталин  в 1947 году подписал указ о лишении ветеранов денежных выплат за боевые  ордена, отмене для орденоносцев бесплатного проезда в городском  транспорте, а также раз в год по железной дороге и водным транспортом, и  в том же году Президиум Верховного Совета СССР постановил, что 9 мая  рабочий день.

День Победы был объявлен праздничным днем именно  при Брежневе через 20 лет после войны. Это был просчитанный  пропагандистский ход. В октябре 1964 года от власти был отстранен Никита  Хрущев и новый хозяин Кремля выбрал другую стратегию промывания мозгов  для жителей СССР. «Оттепель» по сути, либерализацию, заменили мифом о  величии страны. Не надо грезить о какой-то будущей победе коммунизма.  СССР уже победитель. Так появился новый праздник.

Если вдуматься  в его суть — самый циничный из созданных в СССР. Что праздновать?  Гибель десятков миллионов людей? Лагеря для тех, кто выжил? Нищенское  существование ветеранов? Есть повод всему этому радоваться? Пожалуй  лучшая иллюстрация к тому, как относились к этому «празднику» сами  участники войны — воспоминания об интервью для «Комсомольской правды» с  Маршалом Иваном Коневым.

В канун 25-летия Победы маршал Конев  попросил меня помочь ему написать заказную статью для «Комсомольской  правды». Обложившись всевозможной литературой, я быстро набросал  «каркас» ожидаемой «Комсомолкой» победной реляции в духе того времени и  на следующий день пришел к полководцу. По всему было видно: сегодня он  не в духе.

— Читай, — буркнул Конев, а сам нервно заходил по просторному кабинету. Похоже, его терзала мысль о чем-то наболевшем.

Горделиво  приосанившись, я начал с пафосом, надеясь услышать похвалу: «Победа —  это великий праздник. День всенародного торжества и ликования. Это…»

—  Хватит! — сердито оборвал маршал. — Хватит ликовать! Тошно слушать. Ты  лучше скажи, в вашем роду все пришли с войны? Все во здравии вернулись?

—  Нет. Мы недосчитались 9 человек, из них 5 пропали без вести, —  пробормотал я, недоумевая, к чему это он клонит. — И еще 3 приковыляли  на костылях.

— А сколько сирот осталось? — не унимался он.

— 25 малолетних детей и 6 немощных стариков.

— Ну и как им жилось? Государство обеспечило их?

—  Не жили, а прозябали, — признался я. — Да и сейчас не лучше. За без  вести пропавших кормильцев денег не положено… Их матери и вдовы глаза  повыплакали, а все надеются: вдруг хоть кто-нибудь вернется. Совсем  извелись…

— Так какого черта ты ликуешь, когда твои родственники  горюют! Да и могут ли радоваться семьи тридцати миллионов погибших и  сорока миллионов искалеченных и изуродованных солдат? Они мучаются, они  страдают вместе с калеками, получающими гроши от государства…

Я  был ошеломлен. Таким я Конева видел впервые. Позже узнал, что его  привела в ярость реакция Брежнева и Суслова, отказавших маршалу,  попытавшемуся добиться от государства надлежащей заботы о несчастных  фронтовиках, хлопотавшему о пособиях неимущим семьям пропавших без  вести.

Иван Степанович достал из письменного стола докладную  записку, видимо, ту самую, с которой безуспешно ходил к будущему  маршалу, четырежды Герою Советского Союза, кавалеру «Ордена Победы» и  трижды идеологу Советского Союза. Протягивая мне этот документ, он  проворчал с укоризной:

— Ознакомься, каково у нас защитникам Родины. И как живется их близким. До ликованья ли ИМ?!

Бумага с грифом «Совершенно секретно» пестрела цифрами. Чем больше я в них вникал, тем больнее щемило сердце.

«…Ранено  46 миллионов 250 тысяч. Вернулись домой с разбитыми черепами 775 тысяч  фронтовиков. Одноглазых 155 тысяч, слепых 54 тысячи. С изуродованными  лицами 501342. С кривыми шеями 157565. С разорванными животами 444046. С  поврежденными позвоночниками 143241. С ранениями в области таза 630259.  С оторванными половыми органами 28648.

Одноруких 3 миллиона  147. Безруких 1 миллион 10 тысяч. Одноногих 3 миллиона 255 тысяч.  Безногих 1 миллион 121 тысяча. С частично оторванными руками и ногами  418905. Так называемых «самоваров», безруких и безногих — 85942».

— Ну, а теперь взгляни вот на это, — продолжал просвещать меня Иван Степанович.

«За  три дня, к 25 июня, противник продвинулся вглубь страны на 250  километров. 28 июня взял столицу Белоруссии Минск. Обходным маневром  стремительно приближается к Смоленску. К середине июля из 170 советских  дивизий 28 оказались в полном окружении, а 70 понесли катастрофические  потери. В сентябре этого же 41-го под Вязьмой были окружены 37 дивизий, 9  танковых бригад, 31 артполк Резерва Главного командования и полевые  Управления четырех армий.

В Брянском котле очутились 27 дивизий, 2 танковые бригады, 19 артполков и полевые Управления трех армий.

Всего  же в 1941-м в окружение попали и не вышли из него 92 из 170 советских  дивизий, 50 артиллерийских полков, 11 танковых бригад и полевые  Управления 7 армий.

В день нападения фашистской Германии на  Советский Союз, 22 июня, Президиум Верховного Совета СССР объявил о  мобилизации военнообязанных 13 возрастов — 1905-1918 годов. Мгновенно  мобилизовано было свыше 10 миллионов человек.

Из 2-х с половиной  миллионов добровольцев было сформировано 50 ополченческих дивизий и 200  отдельных стрелковых полков, которые были брошены в бой без  обмундирования и практически без надлежащего вооружения. Из двух с  половиной миллионов ополченцев в живых осталось немногим более 150  тысяч».

Говорилось там и о военнопленных. В частности, о том,  что в 1941 году попали в гитлеровский плен: под Гродно-Минском — 300  тысяч советских воинов, в Витебско-Могилёвско-Гомелъском котле — 580  тысяч, в Киевско-Уманьском — 768 тысяч. Под Черниговом и в районе  Мариуполя — еще 250 тысяч. В Брянско-Вяземском котле оказались 663  тысячи, и т.д.

Если собраться с духом и все это сложить,  выходило, что в итоге за годы Великой Отечественной войны в фашистском  плену умирали от голода, холода и безнадежности около четырех миллионов  советских бойцов и командиров, объявленных Сталиным врагами и  дезертирами.
https://politeka.net/reading/analytics/435296-parad-tsinizma-kak-den-skorbi-prevratili-v-prazdnik/

Террор против собственного народа в порабощенной стране: победное шествие преступной власти

Ленин считал возможным «уничтожение 90 % населения, неспособного к восприятию социализма».

Бухарин  считал, что «концлагеря — лучший воспитательный фактор, и если русский  народ поголовно пропустить через концлагеря, то он станет восприимчивее к  строительству нового общества».

Троцкий: «Чем мы можем  компенсировать нашу неопытность? Только террором. У нас нет времени  выискивать активных наших врагов. Мы вынуждены встать на путь  уничтожения, уничтожения физического, всех классов, всех групп  населения, из которых могут выйти возможные враги нашей власти… За  границей хороших специалистов избыток, и если будем им хорошо платить,  то они охотно приедут работать к нам». Знакомо?
https://nngan.livejournal.com/151466.html

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic