neov_levashov

Categories:

Новичок, Путин, расследование, СМИ

Дело раскрыто. Я знаю всех, кто пытался меня убить. Я знаю, кто хотел меня убить. Я знаю, где они живут. Я знаю, где они работают. Я знаю их настоящие имена. Я знаю их поддельные имена. У меня есть их фотографии. Дочитайте, пожалуйста, этот пост до конца. Или посмотрите видео. Мне будет очень нужна ваша помощь с его распространением, потому что это история о секретной группе убийц из ФСБ, куда входят врачи и химики, о том, что они меня пытались убить несколько раз, а однажды — чуть не убили мою жену. По телевизору об этом точно не расскажут. Особенно учитывая то, что приказы этой группе дает президент России Владимир Путин. И, кстати, я вам расскажу, почему он решил меня убить. https://navalny.com/p/6446/

Это не наше расследование. Вернее, мы подключились на его финальной части, а основную работу сделала расследовательская группа Bellingcat совместно с изданием Инсайдер, а конкретно их главный и очень крутой расследователь Кристо Грозев из Болгарии.

Так что мое первое большое спасибо Bellingcat, а второе... Ирине Яровой и партии «Единая Россия». Потому что именно благодаря так называемому «пакету Яровой» коррумпированные сотрудники «правоохранительных органов» свободно торгуют данными наших с вами мобильных телефонов. И данными авиаперелетов, кстати, тоже.

Некоторое время назад со мной связался Кристо Грозев и сказал: «Знаешь, похоже, мы нашли тех людей, которые пытались тебя убить». И я бы подумал, что он сумасшедший, но дело в том, что именно люди из Bellingcat, собственно, раскрыли знаменитое убийство в Солсбери. Это, помните, когда по телевизору показывали двух смешных чуваков, рассказывающих про солсберецкие шпили.

Поэтому я отнесся серьезно, и месяц назад мы уже нашим отделом расследований сначала внимательно изучили и перепроверили всю работу Bellingcat, а потом и сами подключились к ней. Одновременно с этим видео выйдет ещё и материалы журнала Шпигель, издания Инсайдер и репортаж телекомпании CNN. Эти СМИ тоже внимательно следили за ходом расследования и всё перепроверяли. Поэтому не только ФБК, но и три уважаемых независимых СМИ ручаются за то, что все факты, изложенные в этом расследовании, достоверны.

Я хочу, чтоб вам было не только очень интересно, но и очень понятно, как провели это расследование. Поэтому сейчас я вместе с вами реконструирую всё, что было сделано. Это очень похоже на голливудский триллер. Только в реальной жизни.

Итак. Мы с вами сыщики. Хотим разобраться в загадочном покушении на убийство. Но мы не можем выехать на место преступления. Не можем никого допросить. Не имеем доступа к уликам. Всё, что у нас есть: голова, ноутбук, интернет и, что важно, коррумпированные путинские полицейские, торгующие данными граждан.

А также два неоспоримых пока факта:

1. Человек потерял сознание в самолёте, когда вылетал из Томска в Москву.
2. Лаборатории трех стран и Международная организация по запрещению химического оружия подтвердили, что человек этот был отравлен боевым химическим оружием группы «Новичок».

Как это произошло? Что он съел или выпил? Или на одежде что-то было? Мы не знаем.

Поэтому мы начинаем с самой базовой версии. Навального отравили «Новичком» в Томске. Значит, скорее всего, какие-то люди приехали за ним в Сибирь. Совершили преступление и уехали.

Для проверки этой версии составляем мой тогдашний маршрут. 14 августа вылетаю из Москвы в Новосибирск, четверо моих коллег уже там, они вылетели на день раньше. Два с половиной съемочных дня, 17-го августа мы на машине едем в Томск. Оттуда 20-го августа я должен вылететь обратно в Москву.

Вероятность того, что кто-то СЛУЧАЙНО в эти же дни передвигался точно таким же маршрутом, очень мала. И здесь мы первый раз обращаемся к черному рынку данных, чтобы получить нужную информацию. Она не очень-то и секретная. Просто списки пассажиров. Ревнивые мужья и жены часто пытаются проверить, с кем на соседних местах летают их супруги, поэтому такой информацией торгуют направо и налево.

Среди пассажиров нескольких рейсов Москва-Новосибирск 13 и 14 августа мы ищем тех, кто 20-го или 21-го собирался вернуться в Москву, но уже из Томска. Таких пассажиров несколько. Я, например. Еще 6 сотрудников ФБК, которые были со мной в этой поездке. И еще трое наших попутчиков, которых я, к своему удивлению, совсем не узнаю.

Кто они? Секретные члены нашей съемочной группы, о которых я не знаю? Первый — это некий Паняев Владимир Александрович. Ничего это имя нам не говорит, нужно проверять.

Находим телефон Владимира Александровича и вводим его во всем известный телеграм бот, чтобы посмотреть как он записан в записных книжках других людей.

А записывают его — тадам! — «ФСБ Владимир Александрович Паняев». Пробиваем Паняева по старым базам, доступным в интернете, и устанавливаем некоторые куски его биографии: работал фельдшером в воинской части. Сейчас прописан по адресу Лубянка, 1. Какой интересный адрес. Смотрим предыдущую прописку и тут уже вообще не можем поверить своим глазам. Улица Люблинская, дом 175.

Знаете, кто еще прописан в этом доме? Я.

То есть Владимир из ФСБ, поселившийся в соседний со мной подъезд, зачем-то ездил в Сибирь по тому же маршруту и в те же даты, что и я. Совпадение?

С 2 другими нашими попутчиками ситуация обстоит гораздо хуже. Одного зовут Фролов Алексей Андреевич, а другого — Спиридонов Иван Васильевич. И про них по доступным нам базам, старым, новым, любым — мы не находим ни-че-го. Нет у них машин, нет водительских удостоверений, нет недвижимости. Тем не менее именно эти трое (Паняев, Фролов и Спиридонов) летят на одном рейсе в Новосибирск и бронируют себе один и тот же обратный рейс в Москву, но из Томска, на 21 августа. И все трое от этой брони отказываются, сдают билеты. Похоже что-то у них в Томске пошло не так.

В попытке узнать про этих загадочных людей хоть что-то, мы запрашиваем данные об их перемещениях — это тоже услуга, очень доступная в интернете, — не летали ли они недавно еще куда-то, и выясняем: Паняев в 2020-м покидал Москву только дважды — один раз отправился с нами в Сибирь, а перед этим, 2 июля — в Калининград.

Вместе с ним тем же рейсом в Калининград летал и Фролов. И надо же, какое совпадение: 3 июля я тоже летал в Калининград вместе со своей женой Юлей. Что же это получается, эти люди уже не просто наши секретные сотрудники, они секретные члены моей семьи?

Итого у нас есть группа из 3 таинственных путешественников, которые летают туда же, куда и я, один из них — врач или фельдшер из ФСБ.

При этом они не наружное наблюдение. Они не ходят за мной по пятам. Не следят. Просто приезжают в те же места. Интригующее начало, не правда ли?

И тут я должен рассказать о 2 странных историях своей биографии. О которых раньше не говорил, чтобы меня не посчитали сумасшедшим. Пару лет назад, я не помню, когда точно, я сел в самолет в Москве и полетел в одну из региональных поездок. Через час после взлета меня пробил холодный пот, и я почувствовал, что мне очень-очень плохо. Так плохо, что я сейчас умру. Поскольку я был весь мокрый, я с трудом дошел до туалета, там умылся холодной водой. Посидел 15 минут, и все прошло. Я вернулся на своё место и поделился этой историей только со своим пресс-секретарем Кирой, которая сидела рядом, и позже со своей женой. Ну а как такое расскажешь? История звучит дико. «Я чувствовал, что сейчас умру, но у меня ничего не болело, а через 15 минут всё прошло?» Естественный ответ людей на это: иди голову поверь, ты явно ненормальный.

Но случай мне, конечно, запомнился, именно поэтому, как я много раз рассказал в разных интервью, почувствовав себя плохо в самолете, летящем из Томска, я пошёл умываться холодной водой. А уже позже, из многочисленных интервью химиков, рассказывающих о принципах действия «Новичка», я узнал, что такое запросто может быть. Дозировка имеет принципиальное значение. Если доза «Новичка» слишком большая — умрешь мгновенно. Если недостаточная — то можешь вообще ничего не почувствовать или испытать кратковременный приступ. Типа того, что был у меня.

6 июля мы с женой были в поселке Янтарный под Калининградом. Утром пошли гулять, гуляли долго. Затем вошли в номер, а потом пошли обедать в кафе на пляж. И по дороге Юле стало плохо. Причем ей становилось хуже и хуже, и так стремительно, что, когда мы дошли до кафе и заказали еду, она поняла, что ей даже сидеть тяжело. Я спрашивал: «Что у тебя болит? Сердце? Живот? Вызвать скорую?» А Юля сама не понимала и не могла объяснить. Говорила: «Ничего не болит». Решила вернуться в номер, и, как я потом узнал, еле до него дошла, хотя гостиница была совсем рядом. Через час Юле внезапно стало легче, она уснула. На следующий день она чувствовала себе отлично, как будто ничего и не было.

Это сейчас, после того, как я сам через это прошёл, я понимаю, как может быть плохо и как невозможно объяснить происходящее. А тогда я подумал: ну, ерунда какая-то. Сбой организма.

Мы решили о случаях пока никому не говорить, а использовать эту информацию для расследования, которое, разумеется, тоже начали делать. Ну, и рассказали потом уже Bellingcat.

Но это всё было отступление. На этом этапе нашего следствия мы про предыдущие попытки убийства ничего не знаем. Есть странная группа из трех людей, которые ездят за мной. Это всё явно неспроста, понять мы ничего не можем. Зашли в тупик.

Поэтому мы пока мы оставляем троицу в покое и начинаем раскручивать дело с другой стороны — с «Новичка». Как пишут химики — это, возможно, самое ядовитое вещество, изобретенное человечеством. Его невозможно изготовить самостоятельно без участия серьезных государственных лабораторий. Поэтому мы должны прикинуть: кто в России может достать или разработать это химическое оружие? И не обнаружатся ли связи между этими людьми и нашим фельдшером Владимиром из ФСБ?

Химическое оружие запрещено. Я, пережив отравление «Новичком», прекрасно понимаю почему. Это страшный способ убийства людей. Полезного применения у него быть не может. Россия в 1997 году присоединилась к международной Конвенции о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении. Еще раз подчеркиваю: о разработке нового химического оружия речи не идет — это немыслимо, но и все имеющееся нужно уничтожить. Уничтожали в 4 этапа. Построили для этого 7 заводов. Делалось все это поначалу на деньги США. Главным человеком, отвечающим за ликвидацию химического оружия в России, был Сергей Кириенко — он занимал пост председателя Государственной комиссии по химическому разоружению. Ирония судьбы, именно он недавно попал под европейские санкции в связи с моим отравлением.

В сентябре 2017 года Россия объявила о полной ликвидации химического оружия.

Это важно понимать. Нельзя украсть старый советский «Новичок» со склада или из лаборатории. По официальным данным, он полностью уничтожен, и не существует ни одного миллиграмма вещества.

Его можно только изготовить заново. Что тоже запрещено. Но если очень хочется, то можно. Особенно, если хочется президенту страны.

Химическое оружие в России не только продолжило существовать, но его и развивали, придумывали новое, улучшали.

Недавно Bellingcat и еще несколько их партнеров опубликовали большое и важное расследование. Они разобрались, как продолжили работать «упраздненные» научные институты, занимающиеся химоружием. Я не буду пересказывать подробно, вы можете сами изучить, но суть в следующем.

В советское время в городе Шиханы Саратовской области работал главный научный институт, где создавали химическое оружие, в том числе фосфорорганические боевые отравляющие веществ. Первый «Новичок» разрабатывали именно там. Об этом много раз подробно рассказывали создатели «Новичка» Владимир Углев и Вил Мирзоянов.

После присоединения России к Конвенции о запрещении химического оружия, Шиханы постепенно теряли значение и в итоге лишилась статуса самостоятельного учреждения, став филиалом московского института органической химии.

Однако шихановские ученые никуда не исчезли. Они просто перешли в другие места работы. Bellingcat нашёл куда. Около восьми оказались в научном центре «Сигнал» в Москве. Именно в «Сигнале» работают специалисты по ингибиторам холинэстеразы, к которым относится «Новичок». Двенадцать бывших шихановцев нашлись в 27-м научном институте Министерства обороны в Москве, ещё около десяти — в Питере, в ГРУ-шном Испытательном институте военной медицины. Через директора этого Испытательного института Сергея Чепура журналисты и накрыли всю подпольную схему.

«Новичок» впервые появился в публичном поле из-за отравления Скрипалей. Благодаря биллингу телефонных разговоров Чепура и его геолокации, мы теперь знаем, что он принимал деятельное участие в подготовке этой спецоперации. За несколько месяцев до покушения он постоянно созванивался с директором «Сигнала» Жировым и другими ведущими сотрудниками. Параллельно с этим он общался с офицерами ГРУ и лично с Александром Мишкиным, отравителем-неудачником и ценителем солсберецких шпилей. Чепур даже ездил в Москву на заседание в штаб-квартиру ГРУ за несколько дней до покушения, где встречался с начальниками ГРУ и Мишкиным. В тот же день он созванивался с исследователями из «Сигнала».

Таким образом, мы имеем факт. Когда ГРУ осуществляло это покушение, «Сигнал» был вовлечен во все фазы подготовки спецоперации. Это главное место, где работают специалисты по фосфорорганическим соединениям. Они разрабатывают «Новичок», совершенствуют его и знают о нем все. Они консультировали ГРУ по тому, как его применять, ведь это очень непросто и опасно. Я напоминаю, что Скрипали, на которых покушались, остались живы, зато погибла ни в чем не виновная женщина, а различные поражения получили аж 47 человек. Поэтому логично предположить, что если кто-то решит применить «Новичок» для того, чтобы убить меня, он обязательно будет общаться с людьми из «Сигнала».

И тут мы доходим до главной части расследования Bellingcat. Они взяли телефонные биллинги директора этого «Сигнала» Жирова и посмотрели, с кем он разговаривал в дни до моего отравления и после него. И им открылся новый удивительный мир государственных убийц — на этот раз из ФСБ.

В списке людей, с которыми Жиров общался летом 2020 года, нашлось несколько номеров, принадлежащих сотрудникам ФСБ. Кто-то просто записан в телефонной книжке с подписью «ФСБ», кто-то зарегистрирован по адресам военных частей ФСБ, кто-то паркует на Лубянке машины. Но ФСБ в наше время — это гигантская организация, там работают тысячи людей в сотне разных отделов. Как вычислить тех, кто нам интересен? В случае с Жировым это оказалось легко. Большинство сотрудников ФСБ, которые ему звонят, работают в одном и том же месте — Институте криминалистики Центра специальной техники ФСБ. В один день Жирову звонили директор этого института генерал Васильев и директор всего Центра специальной техники — генерал Богданов. И еще несколько сотрудников Института криминалистики ФСБ, включая некого Станислава Макшакова, который очень просто гуглится. Это ученый, вот один из его патентов, и заявка подана от его работодателя, войсковой части 61469. Расположена она была в тех самых Шиханах.

Как интересно! Еще один шихановец обнаружен в Институте криминалистики ФСБ. Смотрим на этот Институт повнимательнее и почти отчаиваемся: похоже, что это ложный след. Чем они занимаются?

Одна из первых ссылок — сотрудники этого института анализируют ютюб-ролики студента Егора Жукова на экстремизм. И, естественно, находят его. Они же нашли мефедрон, фенилпентан и кокаин на волосах журналиста Ивана Голунова.

Вообще институт, в советское время называвшийся просто НИИ КГБ СССР, — главное место проведения экспертиз вообще всех видов для нужд ФСБ. Баллистика, дактилоскопия, взрывотехника, почерковедение, лингвистика — всем этим занимаются тут. Они участвовали в расследовании вообще всех резонансных дел, которые вы можете вспомнить, — от взрывов жилых домов в Москве до расследования гибели подлодки Курск. Когда они не расследуют теракты, они заняты не менее важными вещами — например, расследуют смерть Христа. Я не шучу.

Странно, что по итогу они не возбудили против Иисуса дело об экстремизме. Ведь всё, что он делал, — это просто классическая попытка свержения существующего строя.

Ну что, как думаете, могут ли такие мощные эксперты быть причастны к попытке убийства меня «Новичком»? Ещё как!

Макшаков, ученый из Шихан, показался самым перспективным персонажем в этой истории, и журналисты Bellingcat получили и его телефонные контакты тоже. Давайте с самого начала начертим схему, кто общается с кем.

Основные контакты Жирова из «Сигнала» в ФСБ — это Богданов, директор Центра специальной техники и по совместительству замначальника научно-технической службы ФСБ. Следующий — генерал Васильев, начальник Института криминалистики ФСБ. И Макшаков из Шихан.

Этот в свою очередь больше всего общается с группой из примерно 10 человек, расскажу о некоторых из них:

Александров Алексей Александрович — работал в скорой помощи, потом в ФСБ

Осипов Иван Владимирович — в записных книжках фигурирует как «Иван доктор»

Кривощеков Алексей Леонидович — раньше работал в Министерстве обороны, паркуется на Лубянке,1

Таякин Олег Борисович — служил в войсковой части ФСБ, потом стал врачом-хирургом

Кудрявцев Константин Борисович — химик из войсковой части в Шиханах

Швец Михаил Михайлович — зарегистрирован в Балашихе, по адресу Центра специального назначения ФСБ

Паняев Владимир Александрович — тоже из военной части, фигурирует как «фельдшер»

Уо-уо-уо. Кто-кто? Паняев?

Вот и сложился наш паззл. Это тот самый Паняев, который летал со мной в Новосибирск, Томск и Калининград. Вместе со всеми остальными, кого я вам назвал, он сотрудник Специального секретного подразделения по убийствам людей химическим оружием. Если быть совсем точными, конкретно «моя» команда — то есть люди, работа которых в ФСБ (государственная служба, напоминаю) заключается в том, что убить меня.
Как видите, цепочка от производителей «Новичка» до людей, которые были рядом со мной в моменты отравления, оказалась совсем короткой.

Если вы внимательно слушали и запоминали с самого начала ролика, вы сейчас думаете: а где же Фролов и Спиридонов, про которых ты нам рассказывал и которые с тобой тоже летали?

Их не существует. Это паспорта прикрытия реальных людей из нашего списка. Смотрите. Мы разгадали несложный принцип этой шифровки.

ФРОЛОВ АЛЕКСЕЙ АНДРЕЕВИЧ, день рождения 16.06.1980

СПИРИДОНОВ ИВАН ВАСИЛЬЕВИЧ, день рождения 21.08.1975

Имя — не меняем. От отчества оставляем только первую букву. День рождения сохраняем. Месяц тоже. Год изменен, но совсем чуть-чуть — чтобы было просто запоминать. Ну и фамилии: для прикрытия используются девичьи фамилии жен или подруг настоящих сотрудников ФСБ. Опять же, чтобы было просто запоминать. Фролова — это девичья фамилия подруги медика Александрова. Спиридонова — фамилия супруги сотрудника ФСБ, тоже врача, Осипова.

Окей. Что мы имеем? Группа людей из ФСБ, которым постоянно звонит ученый-химик из ФСБ Макшаков. Они постоянно общаются между собой, а еще они очень часто вместе путешествуют: на одних и тех же рейсах, покупают билеты одной бронью, в разных комбинациях, — но неизменно вместе.

Доказательств уже достаточно. Мы знаем действующих лиц. Понимаем, как устроена организация. Видим, что врачи из ФСБ, получающие «Новичок» в секретном институте, используя служебные паспорта прикрытия, дважды ездили со мной. И в двух местах происходили отравления.

Но разум всё равно отказывается верить. Ну серьезно, неужели кто-то отдал приказ убить меня или мою жену и задействовал для этого целое управление ФСБ? Мы понимаем, что нашей страной управляют преступники, но не настолько же!

Вдруг все же совпадение? Ну один на миллион, но совпадение?

Нам нужно больше доказательств.

Берем слитую базу авиаперелетов. Берем список всех людей, которых считаем причастными к группе отравителей из ФСБ. 8 фамилий, из которых 6 настоящие и 2 выдуманные личности с документами прикрытия.

Наступил момент истины: мы анализируем, куда же они летали вместе в любых комбинациях.
Вот в начале списка то, что мы уже обсудили — Томск, Новосибирск и Калининград, а вот — прямо визуально видно, оооочень много совместных турне в 2017 году. Прямо очень много. А теперь самое главное. Добавляем список моих перелетов за это же время. И сопоставляем.

18 сентября. Знакомый нам Паняев в компании медика Александрова под настоящим именем возвращается из Омска в Москву. Я улетел из Омска в 5.50 утра, они сразу за мной.

9 июня я лечу из Москвы в Пермь. Паняев и Александров под псевдонимом «Фролов» ожидают меня на месте. Они вылетели в Пермь на день раньше, 8-го числа.

Вот я лечу в Пензу. И мой сурок со мною. «Спиридонов», который был с нами в Томске (он на самом деле доктор Осипов), в компании еще одного фсб-шника Кривощекова тоже в Пензе, они вылетели на несколько часов раньше меня.

На следующий день я в Ульяновске открываю штаб, там же ночуем до 21-го. Как выясняется, в компании отравителей из ФСБ. Они тоже были в Ульяновске и вылетели оттуда обратно в Москву.

Если вдруг вам кажутся такие совпадения удивительными или даже шокирующими, подождите, это самое начало.

3 марта 2017 года я полетел из Москвы в Самару. Как самые преданные фанатки, сотрудники ФСБ Кривощеков и Александров («Фролов»), выехали туда на поезде за сутки, 2 марта. Я на самолете, они на поезде. В этот же день я сажусь на поезд Самара — Уфа. А они садятся на самолет по тому же маршруту. И 4 марта и мы, и они в Уфе. Я открываю штаб, они... не знаю, что делают. Из Уфы 5-го числа я лечу в Казань, и наши фсб-шники ЛЕТЯТ СО МНОЙ ОДНИМ РЕЙСОМ. В Казани после своего мероприятия я сажусь на поезд в Нижний Новгород. 5-е число. Кривощеков и Александров-«Фролов» в этот же день летят по точно такому же маршруту и встречают меня в Нижнем. 6 марта и я, и мои отравители едем обратно в Москву на поездах с разницей в несколько часов.

4 дня. 4 города. Они ездили за мной буквально по пятам, боясь пропустить малейшую остановку. Я раньше шутил, что, наверное, никто, кроме меня и группы «Ласковый Май», не ездил так много и так интенсивно с турами по стране. Я ошибался. Убийцы из ФСБ ездили ровно столько же.

Вот полный список за 2017 год. Это все путешествия, где вместе со мной были сотрудники «отдела отравлений» ФСБ. Новокузнецк, Архангельск, Киров, Владивосток, Челябинск, Новосибирск — везде. 15 городов, 30 маршрутов. Везде они. За все время — 36 совпадений.

И вновь возникает вопрос: может быть, это просто наружное наблюдение? Случайно наткнулись на какой-нибудь политический отдел ФСБ. Ну, ездят и смотрят просто, не сделал ли я случайно чего-то экстремистского в Пензе.

Абсолютно точно нет. Во-первых, все эти люди не простые эшники с видеокамерами — у них либо медицинское, либо химическое образование и специализация. Во-вторых, какое наружное наблюдение будет каждый раз выезжать на день раньше и улетать на день раньше того, за кем они следят? В-третьих, в этот же период я МНОГО раз ездил в какие-то города одни днем — с утра вылетел из Москвы, вечером вернулся. Ни в одно такое короткое путешествие без ночевки они не ездили. Им были интересны только те места, где я останавливался в гостинице.

И вот еще одна загадка, над которой сторонний невнимательный человек бился бы очень долго. 27 апреля Паняев и Александров-«Фролов» едут в Астрахань. Но меня там нет. Единственное совместное путешествие ФСБ-шников за год, которое не совпадает с моим пребыванием в месте их назначения. Что же это такое? Ребята так сдружились, что решили вместе сгонять на рыбалку? Держите разгадку.

27 апреля в Москве в меня плеснули зеленкой с какой-то кислотой, и я почти потерял глаз.

Вы же помните, что ФСБ-шные отравители всегда вылетают на день-полдня заранее? 28 апреля я ДОЛЖЕН БЫЛ лететь в Астрахань, но из-за глаза поездку пришлось отменить. Вот купленный билет: 

Горе-ФСБшники уже были там и напрасно ждали меня на месте. Скучали, наверное, и смотрели мой четверговый стрим, который выглядел достаточно специфически.

Таким образом, это уже неопровержимый факт. Мы имеем дело с государственной операцией. Это не ФСБ-шники, работающие на заказ олигарха или чиновника, которого я обидел своим расследованием. Целый департамент ФСБ под руководством высоких начальников в течение двух лет ведет операцию, в ходе которой несколько раз пытаются убить меня и членов моей семьи, получая химическое оружие в секретной государственной лаборатории. Конечно, операция такого масштаба и такой длительности не может быть организована никем, кроме как главой ФСБ Бортниковым, а он никогда бы не осмелился это сделать без приказа Путина.

Загляните в словарь и прочитайте определение понятия «государственный терроризм». Это именно оно. Незаконное убийство граждан без суда и следствия. Я и раньше говорил, что попытка моего убийства — указание Путина. А сейчас со всеми фактами я утверждаю: по приказу президента Путина сотрудники ФСБ организовывали террористический акт.

И конечно, вы сейчас смотрите и задаете себе вопрос: а зачем? То, что Путин меня не любит, — это очевидно, но что-то толкнуло его к таким радикальным действиям. Прежде в своих интервью я говорил, что это стратегия «Умного голосования». Все кремлевские инсайдеры прямо говорят, что Путин лично очень ее опасается. Но сейчас понятно, что команда убийц начала ездить за мной до того, как я придумал «Умное голосование».

И я сидел, и думал, и ломал голову. Выяснить оказалось довольно легко. Я много езжу по стране. И в конце 2016-2017 годов я постоянно ездил в Киров на второй процесс по делу Кировлеса. По билетам этих убийц мы видим, что сначала они со мной не ездили, а потом в один прекрасный день — ррраз! — и началось. Они были со мной в каждой поездке.

Значит, между поездкой без них и поездкой с ними случилось нечто, после чего Путин сказал: убейте его. Я зашел на свой ютюб-канал и нашел единственное важное видео, относящееся к этому промежутку, которое может все объяснить.

По законам детективного жанра сыщик в какой-то момент соединяет все точки и поразительно точно воссоздает картину преступления. Я сейчас сделаю то же самое. Теперь вы знаете, как было проведено это расследование и откуда брали данные. Поэтому не сомневайтесь: когда я говорю «поехал», «полетел» и «позвонил» — это подтверждается билетами, списком пассажиров и данными биллингов и геолокации сотовой связи.

Середина декабря 2016 года. Я заявляю о том, иду на выборы. Путин решает, что за это меня стоит убить и поручает это ФСБ. Не застрелить, не выкинуть из окна и не сбить фурой. Отравить. Боевым химическим оружием. Название «Новичок» тогда бы никому из нас ничего не сказало, это было за полтора года до операции в Солсбери.

В мою первую поездку в 2017 году со мной отправляются члены специально организованной группы убийц, составленной преимущественно из сотрудников ФСБ с квалификацией медиков и химиков. Сначала они путешествуют под своими именами, к марту у них появляются уже паспорта-прикрытия. Группа из минимум двух человек в разных комбинациях сопровождает меня весь 2017 год. Минимум 30 совместных путешествий. Зачем? Мы не знаем точно. Скорее всего, они просто готовили эту операцию, а потом ждали приказа. Но как минимум один раз за все это время они меня пытались отравить. Это было в самолете — я как раз о том инциденте, когда мне резко стало плохо, но ненадолго. Напутали с дозировкой. Вторая конкретная попытка убийства очевидно происходит этим летом в Калининградской области.

2-го июля 2020 года. Я, ничего не подозревающий, в Москве, но билеты уже куплены, а гостиница забронирована. В отделе отравлений ФСБ кипит работа. Звонки на высшем уровне. Макшаков, главный специалист по химоружию из Института криминалистики ФСБ, сначала созванивается со своим начальником генерал-майором Богдановым — директором всего Института криминалистики. Сразу после — с генерал-полковником Кириллом Васильевым. Позже он по очереди обзванивает Александрова, Паняева и Швеца, которые сразу же покупают билеты в Калининград и уезжают 2 июля и 3-го. Мы с Юлей прилетаем в Калининград 3 июля в 11-40.

5 июля Паняев Швец и Александров возвращаются в Москву. 6 июля Юле становится плохо. Либо они хотели убить ее, либо она дотронулась до какого-то предмета или еды, которые предназначались для меня. В этот же день, в Москве разрываются телефоны. Макшаков говорит с Жировым, начальником «Сигнала». Жирову же звонят по очереди генералы ФСБ Богданов и Васильев. В это же самое время Макшаков много раз звонит трем несостоявшимся отправителям из Калининграда. Богданов, самый большой начальник из всех, директор Центра специальной техники ФСБ, выезжает в Калининград лично и проводит несколько дней в местном отделении ФСБ. Достаточно просто предположить, что происходит: идет разбор полетов. Выясняют, почему я остался жив. Уточняют у «Сигнала», что не так с дозировкой. Делают выводы и готовятся к новой операции этим летом.

12 августа. В этот день мы впервые собрались в офисе ФБК в полном составе людей, которые вскоре поедут снимать расследования в Сибирь, и несколько часов писали сценарии для роликов прямо у меня в кабинете, вслух обсуждая, куда и когда мы едем, где останавливаемся, где снимаем и так далее. Бесспорно, важный день для ФБК, но для ФСБ важнее. Все стоят на ушах. Макшаков звонит по очереди генералам Васильеву и Богданову, а потом начинает звонит Александрову и Осипову. Осипов звонит Паняеву. Все они созваниваются и с их коллегой Олегом Таякиным, он выпускник 27-го института Министерства обороны, специалист по химоружию.

Таякин — главный координатор попытки моего убийства. Следующие несколько дней он будет ночевать в здании Института криминалистики ФСБ, непрерывно общаться с теми, кто катается с нами по Сибири и ищет, что бы намазать «Новичком», и сразу же рапортовать наверх — Макшакову, ну и дальше по цепочке. Она будет повторяться каждый раз. Он ключевой в этой операции человек, связующее звено всех со всеми. В этот же день Александров, Осипов и Паняев покупают билеты в Новосибирск. Вечером в 21:30 они звонят дежурному ФСБ в аэропорт Шереметьево. Операция по моему убийству официально началась.

13 августа 9:05 утра. Александров, Осипов и Паняев вылетают из Москвы в Новосибирск. Макшаков с ними на связи по телефону. Эти трое — точно часть команды, которая непосредственно пыталась меня убить: они привозили «Новичок», выбирали место, наносили его, что там еще они могли делать. Был ли с ними кто-то еще? Возможно, но под фальшивыми документами. Координатор Таякин остается в Москве. Начинается интенсивная слежка за членами нашей команды.


 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic